Закон 243-ФЗ об искусственном интеллекте: что вступает в силу 1 марта 2027 года

Закон 243-ФЗ — это Федеральный закон от 26 июля 2026 года № 243-ФЗ «О поддержке развития технологий искусственного интеллекта в Российской Федерации». Основная рамка действует с 1 сентября 2026 года. С 1 марта 2027 года вступают нормы о статусе суверенных и национальных моделей, обязанностях их разработчиков, предупреждении о применении ИИ и уведомлении о правах на результаты. До этой даты компании стоит определить свою роль, описать ИИ-функции и модели, сверить договоры и зафиксировать состояние систем. Это позволит выполнить прямые обязанности и обоснованно оценить переходное исключение.

Что регулирует закон 243-ФЗ и чего в нём нет

Официальное название сразу задаёт смысл: это закон о поддержке развития технологий, а не универсальный кодекс об искусственном интеллекте. Статья 1 ограничивает предмет разработкой, внедрением и применением больших фундаментальных моделей. Для обороны, безопасности, оперативно-разыскной деятельности, противодействия легализации преступных доходов, государственного управления и других специальных областей федеральные законы и акты Президента могут устанавливать особенности.

В таком узком значении закон 243-ФЗ состоит из тринадцати статей. Он соединяет определения, принципы поддержки, полномочия государства, два специальных статуса и обязанности отдельных ролей. Международное сотрудничество разрешено по общему правилу. Исключение составят значимые технологические направления, которые определит Правительство. Кроме того, программа экспериментального правового режима может менять применение определений и критериев статуса.

Статья 2 перечисляет цели поддержки. Среди них — ускоренное внедрение, государственная поддержка, безопасность, технологическая независимость, эффективность государственного управления, конкурентоспособность российских моделей и международное сотрудничество. Поэтому запреты в законе точечные и зависят от будущих решений Правительства.

Большая фундаментальная модель в п. 2 ст. 3 определяется по совокупности признаков. Это программа для ЭВМ, которая предназначена для интеллектуальных задач на уровне, сопоставимом с человеческим или превышающем его. Она использует алгоритмы и обучается либо была обучена на составах данных, чтобы выявлять закономерности, предоставлять информацию, принимать решения или прогнозировать по заданным человеком целям. Такая модель служит основой для создания и доработки разных видов программного обеспечения. Она содержит не менее 1 млрд параметров и применяется для большого количества различных задач.

Из совокупности признаков следует важная граница: одного размера недостаточно. Узкая модель с числом параметров выше порога, но предназначенная для одной задачи, не отвечает всему определению. Это вывод из текста нормы, а не отдельное исключение. Модель ниже порога также не входит в это определение, даже если решает разные задачи.

Разработчиком закон называет индивидуального предпринимателя или юридическое лицо, которые разрабатывают, обучают или модифицируют модель. Относится ли конкретное дообучение к модификации, оценивает юрист с учётом технического процесса. При этом понятие «лицо, предоставляющее возможность применения» в ст. 3 не определено, хотя именно к этой роли обращены ст. 9 и 10.

Статья 4 закрепляет девять принципов. Для практики особенно важен риск-ориентированный подход: требования должны учитывать вероятность и масштаб вреда. Закон также называет безопасность, защиту прав, свобод и законных интересов человека, уважение автономии и свободы воли. Отдельный принцип — учёт и уважение традиционных российских духовно-нравственных ценностей. Эти принципы задают рамку для будущих подзаконных актов.

Закон не устанавливает правила авторства результата, не распределяет ответственность за вред между разработчиком, оператором и пользователем и не регулирует искусственный интеллект вообще. Работа с персональными данными при обучении и в запросах по-прежнему подпадает под 152-ФЗ. Контекст применения ИИ в разработке раскрыт и в обзоре практик ИИ в разработке.

Две волны закона об ИИ: 1 сентября 2026 и 1 марта 2027 года

Закон принят Государственной Думой 8 июля 2026 года. Совет Федерации одобрил его 17 июля, а Президент подписал 26 июля. С 1 сентября действует общая рамка. Обязанности и ограничения второй волны отложены до 1 марта 2027 года. Такое разделение важно для проекта внедрения: определения уже действуют, но конкретные действия по ст. 8–10 станут обязательными в следующую дату.

Закон 243-ФЗ не даёт общей отсрочки до второй волны. Уже действуют понятия и принципы, полномочия органов власти и права разработчиков статусных моделей. Поэтому квалифицировать модель и распределять роли можно сейчас. Откладывать всю инвентаризацию до появления постановлений рискованно: для переходного исключения важным станет фактическое состояние на контрольную дату.

Хронология: 08.07.2026 — принятие Государственной Думой; 17.07.2026 — одобрение Советом Федерации; 26.07.2026 — подписание и официальное опубликование; 01.09.2026 — общая рамка; 01.03.2027 — вторая волна; 01.09.2032 — завершение переходного исключения.

Для планирования это две даты разного статуса. К 1 марта содержание действующей ИИ-функции должно соответствовать ст. 10, если компания предоставляет возможность применять модель. В тот же день фиксируется состояние моделей, созданных или эксплуатируемых в информационных системах. Эта фиксация помогает оценить ч. 3 ст. 13, но сама по себе не гарантирует исключение.

Суверенная и национальная модель ИИ: требования и разница

Статусы нужны не для описания любой российской разработки. Они определяют модели, которые смогут получать поддержку и применяться в случаях, где Правительство разрешит только суверенные или национальные решения. Ч. 2–5 ст. 6 начнут действовать 1 марта 2027 года, а порядок учёта и присвоения статуса ещё установит Правительство.

Закон 243-ФЗ не присваивает статус автоматически даже при совпадении технических признаков. Разработчик должен пройти порядок, который установит Правительство. До появления этого порядка корректно говорить о подготовке к статусу или соответствии известным критериям. Называть конкретную модель суверенной либо национальной без решения уполномоченного органа преждевременно.

Для суверенной модели закон устанавливает пять требований. Российским считается юридическое лицо под контролем России, региона, муниципалитета или гражданина России без другого гражданства, а также контролируемых ими лиц. Контроль означает возможность прямо или косвенно распоряжаться более чем пятьюдесятью процентами голосов. Международный договор может предусмотреть иное.

Практическая граница строже места размещения. Юристы Lidings (обзор 20.07.2026) отмечают: российская база данных сама по себе не даёт суверенный статус, если центр обработки данных не принадлежит российскому юридическому лицу. Дмитрий Лившин в комментарии ComNews считает, что российский интерфейс над закрытым зарубежным API не пройдёт критерий контроля. Сергей Трофимов также указывает, что размещение зарубежных весов на российском сервере само по себе статуса не создаёт. Это мнения юристов, а не дополнительные нормы закона.

По данным «Коммерсанта» от 07.08.2026, в обсуждаемом проекте критериев национальной модели фигурировали исключительные права разработчика на архитектуру, обучаемые параметры и код обучения. Порядок получения, приостановки и прекращения статуса обсуждался. До принятия постановления эти условия нельзя включать в обязательный чек-лист.

Статья 10: уведомление о правах на результаты ИИ

С 1 марта 2027 года лица, предоставляющие возможность применения больших фундаментальных моделей, должны уведомлять пользователя, если законодательство не предусматривает иное. Уведомление содержит два смысловых элемента: кому принадлежат права на результаты интеллектуальной деятельности и на каких условиях доступны, используются и сохраняются результаты. Условие о сохранении действует при наличии технической возможности.

Норма привязана к роли, а не к происхождению модели. Поэтому она охватывает и зарубежную большую фундаментальную модель, если конкретная компания оказывается лицом, предоставляющим возможность её применения. Определить роль интегратора, владельца продукта, оператора контура и поставщика в конкретной схеме должен юрист. Сам факт использования API ещё не даёт универсального ответа.

Именно в этой части закон 243-ФЗ затрагивает широкий круг продуктов. Поставщик может не разрабатывать модель, но предоставлять её применение через свой интерфейс. Обратная ситуация тоже требует анализа: оператор заказчика может управлять контуром, а условия результата определяет вендор. Договорная схема должна совпадать с фактическим управлением функцией.

Закон не задаёт форму и место уведомления. Редакционная рекомендация — показывать его в интерфейсе ИИ-функции и закреплять в оферте или договоре. Интерфейс доводит сведения до пользователя в момент работы. Договор фиксирует распределение обязанностей между поставщиком модели, вендором продукта и оператором контура. Это практический способ, а не требование 243-ФЗ.

Статья 10 не присваивает права автору запроса, разработчику или поставщику. Она требует сообщить уже определённую принадлежность. Поэтому перед подготовкой текста уведомления надо проверить лицензию модели, договор поставщика, условия продукта и порядок работы с результатами. Если документы не отвечают на вопрос о правах, одно интерфейсное сообщение проблему не решит.

Ч. 2 ст. 10 вводит отдельное исключение для обучения суверенных и национальных моделей. Извлечение, сравнение, классификация, анализ закономерностей в охраняемых произведениях и краткосрочная запись в память ЭВМ не нарушают исключительное право при двух условиях. Обучается именно суверенная или национальная модель, а экземпляр произведения получен правомерно либо произведение общедоступно без технических ограничений.

Для прочих моделей это исключение закон не создаёт. Оно также не означает свободного хранения корпуса или использования произведения за пределами описанного анализа и краткосрочной записи. Границы технического процесса и правомерность источника данных требуется документировать отдельно.

Распределение ответственности закон не детализирует. По мнению Дмитрия Лившина, роли разработчика, оператора и пользователя следует разграничивать договором. Полезны условия об уведомлении при смене модели, доступе к результатам, сроке хранения, выгрузке и удалении данных. Правовую роль нужно анализировать для выбранной схемы, а не выводить из названия услуги.

Маркировка ИИ-контента по статье 9: кто и что обязан

Статья 9 не вводит всеобщую обязательную маркировку. Ч. 1 требует обеспечить создателю материала возможность разместить предупреждение о применении искусственного интеллекта. Норма называет материал в аудио- и визуальной форме. Текст прямо не назван, но из этого нельзя выводить отдельный запрет или освобождение для всех текстовых материалов.

Формат, содержание и порядок размещения предупреждения определяются соглашением между пользователем модели и лицом, которое предоставляет возможность её применения. Значит, поставщику функции нужно предусмотреть настройку и договорное условие. Пользователь получает возможность маркировать результат, но 243-ФЗ не возлагает на него общую обязанность ставить предупреждение.

Поэтому закон 243-ФЗ разводит возможность и обязанность. Предоставляющий модель согласует механизм предупреждения. Подходящая площадка обеспечивает доступ к нему. Пользователь решает, размещать ли предупреждение по действующей редакции нормы. Проект обязательной маркировки изменил бы эту конструкцию, но до принятия не должен управлять готовым интерфейсом как действующее право.

Специальная обязанность возникает у владельца сайта, страницы, информационной системы или программы при одновременном выполнении всех условий ч. 3. Пользователи распространяют сведения через персональные страницы. Используются государственный язык России, языки республик или другие языки народов России. На ресурсе может распространяться реклама для потребителей в России. Доступ в течение суток превышает пятьсот тысяч пользователей, находящихся в России.

Такой владелец обязан дать пользователю возможность разместить предупреждение. Называть адресата просто «крупной площадкой» неточно: размер аудитории — лишь одно из условий. Статья также не определяет техническую форму функции и не устанавливает штраф за её отсутствие.

Законопроект № 1317978-8, внесённый 17.08.2026, предлагает изменить ст. 9 и ввести обязательную маркировку. Он включён в примерную программу Государственной Думы на ноябрь 2026 года, а срок отзывов был установлен до 11.11.2026. На дату среза это проект, а не действующая норма. Его судьбу нужно проверить перед публикацией интерфейсных требований.

Где разрешат только российские модели и что даёт переход до 2032 года

П. 3 ч. 2 ст. 5 позволяет Правительству установить случаи, где допускаются исключительно суверенные или национальные модели, а также перечень исключений. Для банков и других организаций финансового рынка решение требует согласования с Банком России. Закон не называет отрасли сам и не вводит прямой запрет иностранных моделей.

По данным «Коммерсанта» от 08.09.2026, обсуждаемый проект называл несколько сфер. Среди них — стратегическое планирование, государственные программы, национальные проекты, подготовка нормативных актов, налоги, таможня, бюджет и КИИ. Издание также упоминало образование, здравоохранение и государственные услуги. Там же обсуждалось ценовое условие: суверенная модель выбирается, если она не дороже национальной больше чем в полтора раза.

Минцифры сообщило изданию дословно: «говорить о сформированном перечне сфер обязательного применения преждевременно». Поэтому перечисленные сферы и коэффициент нельзя использовать как утверждённые требования. Рабочая мера — вести перечень затрагиваемых систем и ждать официальной публикации постановления.

Ч. 3 ст. 13 даёт ограниченное по предмету и сроку исключение. До 1 сентября 2032 года будущие требования по п. 3 ч. 2 ст. 5 не распространяются на информационные системы, где применяются большие фундаментальные модели, созданные и (или) эксплуатируемые на 1 марта 2027 года. Дополнительное условие — обработка и хранение данных на территории России.

Переходная конструкция закона 243-ФЗ защищает не модель как актив и не компанию целиком. Её адресат — информационная система с подходящей моделью при выполнении территориального условия. Поэтому один оператор может получить разный вывод по нескольким системам. Для каждой потребуется собственная связка технических и договорных доказательств.

Это не иммунитет старой модели от всего закона. Исключение относится только к будущим случаям обязательного применения суверенных или национальных моделей. Оно не отменяет ст. 9 и 10, не освобождает от иных отраслевых правил; сохраняется ли оно для новой версии модели, закон не говорит. Закон говорит о дате создания или эксплуатации модели, а не о возрасте информационной системы.

Для доказуемой позиции нужны реестр моделей, версия, дата ввода, архитектурная схема, журнал эксплуатации и подтверждение размещения обработки и хранения данных. Юристы «Надмитов, Иванов и партнёры» (обзор 09.09.2026) рекомендуют инвентаризировать системы, зафиксировать состояние на 01.03.2027 и не принимать решение о миграции без текста постановления. Сохраняется ли исключение при обновлении, определяет юрист.

Параллельно развивается второй режим. Проект изменений к приказу ФСТЭК № 117 для государственных информационных систем размещён 24.08.2026 и предусматривает вступление 1 марта 2027 года. В проекте есть выделенный сегмент для моделей, усиленная аутентификация привилегированного доступа, минимальные права, журналирование, фильтрация запросов и ответов для ограниченной информации, а также контроль прав ИИ-агентов.

Это пока проект, а не действующие требования. Операторам государственных систем полезно сопоставить его с чек-листом по приказу ФСТЭК № 117 и общим разбором требований ФСТЭК для бизнеса.

Обязанности разработчиков суверенных и национальных моделей

Статья 8 действует с 1 марта 2027 года и адресована только разработчикам суверенных и национальных моделей. Она не распространяет тот же набор обязанностей на каждого разработчика большой фундаментальной модели или пользователя готового сервиса.

Разработчик статусной модели принимает меры по безопасности. Он утверждает правила эксплуатации, включая ограничения, условия применения, обновления и вывода модели из эксплуатации. Также нужна техническая документация в объёме, необходимом для оценки безопасности применения. Практически эти документы должны быть связаны с управлением версиями и изменениями.

Статья 7 закрепляет права таких разработчиков: меры государственной поддержки, обучение с учётом ст. 10, участие в отраслевых организациях, международное сотрудничество и добровольное страхование имущественных интересов и ответственности за вред. Конкретные льготы или гранты закон не обещает. Страхование прямо названо добровольным.

Кого касается закон 243-ФЗ: роли и обязанности

Применимость определяется ролью в конкретной технической и договорной схеме. Одна компания может совмещать несколько ролей: разработать модификацию, встроить модель в продукт и предоставить функцию заказчику. Поэтому инвентаризация должна связывать модель, функцию, оператора, договор и конечного пользователя.

Заказчику полезно сопоставить этот график с другими регуляторными сроками импортозамещения. Но решение о применимости ст. 10, переходного исключения и будущих отраслевых случаев должно опираться на заключение юриста, а не на название продукта.

При выборе поставщика пригодится сравнение платформ для ИИ-агентов. Оно помогает описать техническую схему и стороны. Однако вывод о роли по ст. 10 требует договора и фактического сценария предоставления модели.

Как готовится Stackfort

Stackfort развивает CDP с ИИ-функциями. Если Stackfort или оператор контура окажутся лицом, предоставляющим возможность применения большой фундаментальной модели, ИИ-функция содержит уведомление по ст. 10. В нём отражаются принадлежность прав и условия доступа, использования и хранения результатов. Применимость нормы к выбранной модели и способу предоставления определяет юрист.

Внутренний «поток B» означает контур подготовки доказательств к 1 марта. Его задача — занести модель во внутренний реестр моделей D9 с датой выпуска и вести журнал эксплуатации. Это страховочная мера для правовой оценки переходной нормы, а не утверждение о полученном исключении.

Здесь разделены два результата. Жёсткий срок относится к содержанию ИИ-функций, если применима ст. 10. Контрольный срок относится к состоянию моделей и систем для последующего анализа ч. 3 ст. 13. Первое марта не объявляется датой готовности CDP.

Что сделать до 1 марта 2027 года: чек-лист

Жёсткий срок: работающая функция

• Провести инвентаризацию ИИ-функций и моделей, не ограничиваясь названием поставщика.
• Получить заключение юриста: кто предоставляет возможность применения модели по ст. 10.
• Сверить принадлежность прав и условия работы с результатами с договором поставщика.
• Подготовить уведомление с двумя элементами ст. 10: права и условия доступа, использования и сохранения.
• Разместить уведомление в интерфейсе функции и договоре как редакционно рекомендуемый способ исполнения.
• Для аудио- и визуальных материалов согласовать формат предупреждения по ч. 2 ст. 9.
• Для площадки, отвечающей всем условиям ч. 3 ст. 9, обеспечить функцию размещения предупреждения.

Контрольный срок: состояние на 01.03.2027

• Записать во внутреннем реестре модель, версию, дату выпуска и дату ввода.
• Вести журнал эксплуатации, связывающий модель с информационной системой.
• Сохранить подтверждение обработки и хранения данных на территории России.
• Включить в договоры уведомление о смене модели и условия выгрузки и удаления данных.
• Назначить повторную юридическую оценку при дообучении, обновлении или изменении архитектуры.

Долгий горизонт: до 01.09.2032

• Отслеживать постановления по п. 3–4 ч. 2 ст. 5 и порядку статуса по ч. 5 ст. 6.
• После появления перечня определить, попадает ли система в обязательные случаи и исключения.
• Подготовить план замены модели, если переходное исключение не применяется или прекращается.
• Операторам государственных систем отдельно отслеживать принятие проекта ФСТЭК.

Этот чек-лист не заменяет правовой анализ. Он создаёт набор фактов и документов, на которых юрист сможет построить вывод. Материалы для подготовки команды и дополнительные разборы доступны в личном кабинете IT Institute.

Вопросы юристу до 1 марта

• Кто в нашей архитектуре является лицом, предоставляющим возможность применения модели по ст. 10?
• Считается ли наше дообучение или настройка модификацией модели по ст. 3?
• Кому принадлежат права на результат по договору с поставщиком модели?
• Отвечает ли наша площадка всем совокупным условиям ч. 3 ст. 9?
• Сохранится ли переходное исключение после смены версии или архитектуры?
• Какие документы подтверждают создание или эксплуатацию модели на 01.03.2027?
• Как распределить ответственность разработчика, оператора и пользователя в договоре?

Отдельно стоит проверить связанные режимы. Закон 243-ФЗ не решает вопросы персональных данных, авторства и возмещения вреда. Статья 12 допускает ограничения международного сотрудничества лишь для значимых технологических направлений, которые ещё определит Правительство. Особенности ст. 3 и 6 могут устанавливаться программой экспериментального правового режима по 258-ФЗ.

Связанное регулирование продолжает формироваться. По сообщению BISS от 29.09.2026, Павел Крашенинников анонсировал законопроект об авторских правах и ответственности за вред от ИИ до конца 2026 года. Законопроект № 1288702-8 о дипфейке как отягчающем обстоятельстве внесён 14.07.2026. Оба сюжета находятся за пределами действующих норм 243-ФЗ.

Материал не является юридической консультацией.